История великой династии Романовых (Россия XX в.)

Авторское предисловие
Итак, перед тем, как начать проходить испытания челленджа «Россия, XX век», бросив кубики два раза, получаем бюджет 6 000 000 симолеонов. Хорошо! Попробуем поиграть за Николая II и его семью.
Да, знаю, что их ждет не счастливый конец , но это же Sims 4... Почему Николай II?
Николай II — один из самых противоречивых правителей в истории России. Многие до сих спорят о том, кем он был: глупым правителем и виновником гибели Российской империи, или мучеником, павшим жертвой революционной стихи.
Одни историки указывают на его нерешительность, подверженность влиянию окружения отсутствие стратегического видения. Они считают, что именно эти качества привели к поражениям в Русско-японской войне, Первой мировой войне, а также к революционным потрясением.
Другие же подчеркивают его личные качества: порядочность, религиозность, любовь к семье. Они утверждают, что Николай II искренне желал блага России, но оказался в ловушке обстоятельств. Его трагедия заключается в том, что он не смог адаптироваться к стремительно меняющему миру и сохранить монархию.
Вне зависимости от оценки личности Николая II остается предметом острых дискуссий и научных исследований, а его правление — переломным моментом в истории России.
Попробую поиграть с семьей Романовых, и показать основные моменты жизни Николая Александровича Романова с 1900 — 1917 года, и пройти все испытания челленджа «Россия, XX век» его потомками.

Мария Фёдоровна Романова (при рождении Мария София Фредерика Дагмар), 1847 - 1928 - вдовствующая императрица, супруга Александра III, мать императора Николая II.

Николай Александрович Романов, 1868 — 1918
— император Всероссийский, царь Польский и великий князь Финляндский.Старший сын Александра III и императрицы Марии Федоровны. Является отцом Ольги, Татьяны, Марии, Анастасии, Алексея, Александры и Андрея.

Александра Фёдоровна Романова (урождённая принцесса Викто́рия Али́са Еле́на Луи́за Беатри́са Ге́ссен-Дармшта́дтская), 1872 - 1918 - российская императрица, супруга Николая II. Является матерью Ольги, Татьяны, Марии, Анастасии, Алексея, Александры и Андрея.

Ольга Николаевна Романова, 1895 - 1918
(22 года)
Старшая дочь Николая и Александры Федоровны.

Татьяна Николаевна Романова, 1897 - 1918
(21 год)
Вторая дочь Николая и Александры Фёдоровны.

Мария Николаевна Романова, 1899 - 1918
(19 лет)
Третья дочь Николая и Александры Фёдоровны.

Анастасия Николаевна Романова, 1901 - 1918
(17 лет)
Четвертая дочь Николая и Александры Фёдоровны.

Александра Николаевна Романова, 1902 - ...
Пятая дочь Николая и Александры Федоровны. Во избежание скандала, Романовы решили скрыть факт рождения дочери, передали новорожденную Ф.Низье. Александра росла, не зная своих настоящих родителей. Лишь годы спустя, она узнала от приёмной матери тайну своего происхождения и отправилась в Тобольск, чтобы встретиться со своими родителями.

Алексей Николаевич Романов, 1904 - 1918
(13 лет)
последний официальный наследник российского престола, первый сын Николая и Александры Фёдоровны.

Андрей Николаевич Романов, 1916 - ...
Второй сын Николая и Александры Федоровны. Официально не был объявлен рожденным в семье Романовых, как и сестра Александра.

Древо семьи

Мирные годы

1900 год
1901 год
1902 год
1903 год
1904 год

Первая революция

1905 год
1906 год
1907 год
1908 год
1909 год
1910 год
1911 год
1912 год
1913 год 1 часть
1913 год 2 часть

Первая мировая

1914 год 1 часть
1914 год 2 часть
1915 год 1 часть
1915 год 2 часть
1916 год 1 часть
1916 год 2 часть

Великая Октябрьская Революция

1917 год. 1 часть
Губернаторский дом в Тобольске
1917 год. 2 часть

1918. Конец Первой мировой войны. Начало Гражданской войны

1918 год 1 часть
1918 год. 2 часть
1918 год. 3 часть

1919. Продразверстка. Борьба с безграмотностью. 1920

1918 год. 4 часть. - 1919 год.
1920 год. 1 часть
1920 год. 2 часть

1921. Введение НЭП. 1922. Конец Гражданской войны. Учреждение пионерии

1921 - 1922 года
1923 год
1924 год
1925 год. 1 часть.
1925 год. 2 часть.

Фотоальбом

Великая княжна Ольга Романова


Ники и Алекс


Великая княжна Татьяна Романова


Николай и Ольга


Великая Княжна Ольга Николаевна

Александровский дворец

Дорогой читатель, позволь дать пояснения по месту жительства семьи Романовых.
Александровский дворец в Царском Селе был главной официальной резиденцией и родным домом для семьи Николая II. По факту с 1904 года семья обосновалась во дворце круглогодично, но в игре с 1900 года.
Александровский дворец, в отличие от реального, в игре представляет собой одноэтажное здание, без обширных подвалов, и очень большой для семьи.

Интерьер дворца пришлось изменить, но многие комнаты стали похожими на «оригинальные».
Сиреневый розовый кабинет — любимая комната Александры Фёдоровны в Александровском дворце.

Императрица много времени проводила в кабинете: отдыхала, читала, работала. Фактически здесь собиралась вся семья. Кресло у окна было самым любимым местом в Александровском дворце!

Спальня Александры Федоровны и Николая II.
Одна из стен отведена под фотографии родственников и близких лиц; другая — картины и репродукции религиозного содержания.

Приемная Николая II.
Когда Александровский дворец стал главной императорской резиденцией, Приемная располагалась перед Рабочим кабинетом императора. Здесь ожидали своей аудиенции приехавшие с докладами чиновники.

Рабочий кабинет Николая II.
Из Приемной посетители попадали в Рабочий кабинет Николая II. Здесь император ежедневно принимал министров, заслушивал доклады, работал с бумагами. Письменный рабочий стол г-образной формы, который у императора был заставлен семейными фотографиями и всевозможными безделушками.

Палисандровая гостиная.
В первые годы жизни в Александровском дворце Николай II и Александра Федоровна много времени проводили в Палисандровой гостиной. Затем гостиная стала местом завтраков и обедов царской семьи. В Палисандровой гостиной императрица хранила вещи, напоминавшие ей о родине — Гессенском герцогстве на юге Германии и ее родственниках. На стенах были развешены пейзажи, акварели, портреты и картины из путешествий.

Угловая гостиная.
В Угловой гостиной Александровского дворца проходили официальные мероприятия, важные государственные переговоры, повлиявшие на события в стране и в мире. Здесь Николай II принимал послов иностранных государств.
Семья часто устраивала здесь завтраки и обеды, собиралась во время домашних концертов. Иногда императрица сама играла для гостей на пианино.

Парадный кабинет Николая II.
Предназначался для заседания Совета министров и всевозможных комиссий, проведения официальных встреч. Николай II тщательно готовился к приму докладчика. Все бумаги и предметы на рабочем столе содержались в строгом порядке. Для безопасности в Парадном кабинете Николая II всегда были занавешены окна. При этом, доступ в рабочий кабинет императора был запрещен даже членам семьи.
Остальные комнаты: детская, столовая, кухня, коридоры дворца, уборные - не несут смысловой нагрузки и исторической ценности

​

 

Del

Я представляю, что было утром!

Муть

Затянул меня этот челлендж, и уж больно хочется его отыграть до конца. Спасибо! Вдохновение, иногда, присутствует в жизни.

Ага! Большая часть населения планеты проводят так свое утро!

Хотела показать "юмор" того времени. Это из чьих-то воспоминаний, где-то читала.

Да! Жалко, что современные модели...но больше эти яркие шлемы не вписываются в антураж.

Все впереди! И любовь! И дети! И разлука... но об этом чуть позже!

L@mpr@peltis

В следующем отчете появиться весть о Серафиме. Персонаж очень интересный, но как правильно замечено, нужен был новый виток в истории... Да и не хотелось призрака Серафимы Катц на участке каждую ночь видеть))) Сердце Галины не выдержало бы.

Муть

Муть, спасибо за добрые слова и поддержку!

Этот скрин не давал мне покоя... и я долго не могла придумать, как мне обыграть текстом... Бывают такие скрины, что вроде все понятно и просто с ними, но в историю их еще вплести нужно.

В игре Саша всю свою жизнь прожила с Андреем и его семьей. Мне было жаль её отселять на вольные хлеба, и оставила её не управляемой до конца жизни. Свою семью она так и не завела.
Следующие поколения Романовых, вроде как достойные граждане.

Мне он тоже понравился.

У Андрея что-то пошло не так с Надей, а тут в гости Валира заглянула... а он её приобнял...

Несмотря на то, что он не получил того образования, как его старшие сестры и брат, Андрей растёт нормальным советским мужчиной. Я его обожаю! Особенно, когда он вырос в прекрасного юношу...Мммм! Красавчик получился!

 

1926 год. 1 часть.

1926 год.

Весть о кончине Серафимы Арнольдовны Катц вползла в коммунальную квартиру вместе с утренним сквозняком.
Она не вошла парадным маршем, а просочилась, словно въедливый запах дешевого табака: сначала невнятным шепотом на кухне, а следом — коротким, сухим пересказом в тесном коридоре.



— Слыхали? Сима-то наша, Катц, всё. Отмучилась, — произнёс Василий, присаживаясь на скрипнувшую лавочку рядом с Евгением. Он снял кепку, повертел её в руках и зачем-то заглянул внутрь, будто надеясь найти там ответ или оправдание. Его пальцы машинально мяли вытертый по околышу сатин.
Евгений лишь тяжело вздохнул, протирая круглые очки платком. Он вспомнил историю двухлетней давности так ясно, словно она случилась вчера. Тогда к ним пришел управдом товарищ Рубакин — человек с лицом, похожим на плохо пропеченный блин, и двумя милиционерами. Старушку даже не уплотнили. Ее просто вышвырнули. Выселили в двадцать четыре часа.
Серафиме Арнольдовне позволили взять только то, что она могла унести в руках: узелок с бельем, потрет мужа в тяжелой раме да облезлую муфту.
С тех пор никто не знал, где она жила. Говорили, скиталась по углам дальних родственников, ночевала на вокзалах, спускаясь зимой в подвалы котельных погреться. Город выплюнул ее, как старую косточку.
Евгений медленно водрузил очки на переносицу.
— Царствие небесное, — тихо сказал он, и принюхался. Запах дешевого табака Василия вдруг перебило чем-то резким, химическим. Воздух стал плотнее, вязким студнем заполняя легкие, общие разговоры на кухне стихли сами собой, придавленные предчувствием беды. Из кухни потянуло едким запахом жжёного ворса. Зина, готовившая завтрак у своего примуса, не заметила, как брызги раскалённого масла со сковороды взметнулись вверх и лизнули ткань её любимого платья — потрёпанного бархата цвета морской волны.
Пламя жадно вцепилось в пышный подол, а потом, будто осмелев, лизнуло край рукава и скользнуло к талии. Зина взвизгнула, замахала руками, пытаясь стряхнуть с себя огонь, и в панике опрокинула солонку. Её глаза округлились от ужаса.



Ирина, сидевшая у окна с вязанием, дёрнулась так резко, будто её ударило током.
Спицы звякнули, выпав из рук, но она даже не глянула на них — всё её внимание слилось в одну точку: в Зину, в пляшущие язычки пламени, в этот миг, который нельзя было упустить.
В один миг она метнулась к двери, схватила рядом стоящее полное ведро воды — тяжёлое, холодное, капли стекали по железным бокам, будто торопились вперёд неё.
Не тратя ни секунды на слова, она опрокинула его прямо на Зину.
Вода обрушилась тяжёлой волной, сбивая пламя, превращая жар в густой пар. Бархат потемнел, прилип к телу, а едкий запах гари смешался с запахом сырой ткани.
Огонь, только что казавшийся таким яростным, захлебнулся и погас, оставив после себя лишь тлеющие края и мокрые, тяжёлые складки.
- Да что ж это такое! — выдохнула Зина, оседая на табурет. — Чуть ведь заживо не сгорела...



Галина узнала о смерти старушки Катц во дворе. Она стояла на коленках над огромным оцинкованным тазом, с остервенением выкручивая тяжелый, пропитанный водой пододеяльник. Вода в тазу была мыльной, серой, с плавающими хлопьями пены, похожими на маленькие облака. В сыром воздухе двора новость, принесённая Сашей, показалась Галине такой же далёкой и незначительной, как шум трамвая за углом или жужжание мухи над помойным ведром.
— Вы слышали, Галина, Серафима Арнольдовна умерла, — повторила девушка.
Галина даже не подняла головы. Она с натугой провернула мокрую ткань, чувствуя, как ноют суставы в запястьях, а по венам разливается привычная усталость.
— Умерла? — переспросила она, не глядя на собеседницу. Её взгляд был прикован к краю пододеяльника, с которого срывались тяжелые, мутные капли. — Ну, земля пухом.
В её голосе не было ни скорби, ни удивления — лишь глухое признание неизбежности: всё рано или поздно приходило к финалу.



В это время Андрей стоял на шаткой деревянной скамеечке в туалете, склонившись над старой железной раковиной. Металл был покрыт мелкими точками бурой ржавчины, а эмаль на дне давно истерлась, обнажив тёмное нутро чугуна. Андрей яростно тер свою тарелку застиранным вафельным полотенцем, размазывая по краям остатки холодной манной каши.
Из-за тонкой фанерной перегородки, отделявшей туалет от общего коридора, до Андрея долетели приглушённые голоса соседей, обсуждавших новость. Мальчик замер, сжимая в мокрых пальцах холодное полотенце. Тарелка выскользнула и звонко ударилась о железное дно раковины, отозвавшись долгим металлическим звоном, чудом не разбившись. Он едва сдерживал слёзы, которые обжигали глаза.

* * *

Спустя какое-то время Зиночка прикупила себе новое платье. Оно было невероятно модным в том сезоне.



И всё чаще из её комнаты стали доноситься звуки музыки. Там стоял граммофон с огромной трубой, который девушка берегла как зеницу ока. По вечерам Зина ставила пластинки со скоростью 78 оборотов и слушала «АМА-джаз»*. Надрывные, хриплые голоса трубачей вырывались сквозь щель под дверью, заглушая звуки мытья посуды и капающую из крана воду.

*В сфере джаза в 1926 году значимой фигурой был Александр Цфасман. Он создал в Москве один из первых профессиональных джазовых оркестров в СССР — «АМА-джаз». С этим коллективом Цфасман впервые исполнил джазовую музыку на советском радио и записал её на грампластинку.



Джазовые синкопы* казались в этих стенах чем-то инопланетным, почти неприличным.
Василий, проходя мимо её двери с пустым стаканом в руке — он всегда выходил в коридор покурить самокрутку, когда Зина заводила трубу, — неодобрительно качал головой, бормоча про «саксофоны» и американскую пропаганду.

*ритмическое явление, при котором акцент смещается с сильной доли такта на слабую, создавая эффект ритмического «сбоя» и добавляя музыке остроты и неожиданности.



Галина презрительно кривила губы, называя это "шумовой какофонией".
Но Зине было всё равно. Закрыв глаза и покачиваясь в такт музыке прямо посреди своей узкой комнатушки, она представляла себя актрисой Мэри Пикфорд.
Не зря же Зина ездила на Белорусский вокзал, чтобы своими глазами увидеть саму актрису и её мужа, Дугласа Фэрбенкса*. Тогда вся Москва гудела, ожидаючи голливудских небожителей.
Зина стояла на цыпочках за спинами милиционеров, вытягивая шею, и сердце её колотилось так, будто хотело выпрыгнуть на пыльную брусчатку. Когда открытая машина медленно проплыла мимо, она успела разглядеть лишь белую панаму и ослепительную улыбку Мэри, обращенную куда-то поверх голов толпы. Этого мига хватило на всю жизнь.

*с 19 по 23 июля 1926 года. Пикфорд приехала вместе с супругом, актёром Дугласом Фэрбенксом. Они находились в СССР во время европейского турне.



Музыка, доносившаяся из комнаты Зины, находила в душе Андрея странный, волнующий отклик.
В школьном хоре их учили совсем другим песням — звонким и строгим, маршевым, зовущим к покорению вершин и светлому будущему. Песни звали вперед, а джаз уводил куда-то в сторону.
Но именно этот «АМА-джаз» с его хриплой трубой и ленивым ритмом барабанов парадоксальным образом настраивал Андрея на уроки.



Гулкие басы вибрировали в старых стенах, превращая зубрежку таблицы умножения или склонение существительных во что-то вроде секретного задания.
Под эти синкопы цифры в тетрадке не казались такими уж скучными. Они выстраивались в ряд так же четко, как ноты на невидимом стане.

​